«Приближался новый, 1942 год. Вечером 31 декабря, когда я занимался многими неотложными делами, вдруг позвонили из Ставки. Сказали, что два лыжных батальона должны срочно отправиться на фронт, но у них нет ни одного автомата, их надо вооружить в срочном порядке... Выявилось, что в нашем распоряжении в этот момент имелось всего 250 автоматов»...Так пишет в своих мемуарах главный маршал артиллерии Н. Н. Воронов. Действительно, в 1941 году было изготовлено всего около 100 тысяч пистолетов-пулеметов, и они лишь накануне войны стали поступать на вооружение Красной Армии. А нужда в них на фронте была огромная...
Но вскоре произошло невероятное, почти фантастическое— в 1942 году оборонная промышленность страны дала без малого полтора миллиона автоматов— в 15 раз больше, чем в предыдущем году. К 1944 году в действующих на фронте частях было почти в 26 раз больше пистолетов-пулеметов, чем к 1 января 1942 года. Это был подвиг сотен тысяч тружеников тыла, это был подвиг самоотверженного труда и творческой мысли. Среди автоматов, которые нескончаемым потоком поступали на фронт большинство составляли ППШ-41 — «пистолеты-пулеметы системы Шпагина образца 1941 года». Без преувеличения можно утверждать, что именно благодаря замечательной простоте их конструкции удалось в поразительно сжатые сроки дать фронту нужное, как воздух оружие.
К 1940 году на вооружении Красной Армии состоял пистолет-пулемет системы Дегтярева — ППД-40. Известный советский конструктор создал вполне современное оружие с высоким темпом стрельбы, легкое и удобное в обращении, с барабанным магазином на 71 патрон. В принципе он был прост по конструкции, однако многие его детали изготовлялись весьма трудоемким способом —обработкой на металлорежущих станках. В условиях военного времени резко, в несколько раз увеличить выпуск такого оружия практически было невозможно.
Это учел Георгий Семенович Шпагин, талантливый изобретатель-самородок. В начале 1940 года он приступил к разработке своей конструкции автомата. К тому времени у него уже был богатый опыт совместной работы с такими выдающимися советскими оружейниками, как В. Г. Федоров и В. А. Дегтярев. Задача была ясна: сохранив высокие тактико-технические данные ППД-40, добиться максимально возможного упрощения конструкции и сокращения трудоемкости ее изготовления.
Через несколько месяцев Шпагин представляет опытный образец. Внешне он напоминал ППД-40, но содержал в конструкции немало оригинальных и остроумных решений. Например, удачная конструкция дульного тормоза, выполнявшего также роль компенсатора, улучшила устойчивость пистолета-пулемета и повысила меткость стрельбы. Но главное достижение состояло все же в другом. «Представляемый на испытания опытный пистолет-пулемет Шпагина, — отмечала специальная комиссия, — при большом количестве деталей, изготовленных посредством штамповки, показал хорошие результаты как при одиночном, так и при непрерывном огне». Это был огромный успех: на изготовление ППШ уходило чуть ли не вчетверо меньше времени, чем требовало производство ППД-40. Кроме того, в шпагинском автомате не было ни одного резьбового соединения. Достаточно отстегнуть застежку — и деталь за деталью можно разобрать весь ППШ. О безотказности его на фронте ходили легенды.
«Дорогой товарищ Шпагин! Сердечно благодарю Вас за прекрасное оружие — автомат ППШ. Я воюю с ним четвертый год, и он мне ни разу не отказал в бою. Прошел с ним от Москвы до Силезии и думаю дойти до Берлина. С солдатским приветом рядовой Иван Петров».
Сотни подобных писем получил прославленный конструктор в годы войны.
«Я хотел, — писал в свое время Г. С. Шпагин, - чтобы боец полюбил мой автомат и уверовал в него. Это было моей мечтой, этого я добивался...». Мечта Георгия Семеновича Шпагина, Героя Социалистического Труда, лауреата Государственной премии, исполнилась.
Полковник-инженер И. ЕСАЯН, кандидат технических наук, 1977г. (газета "Красная Звезда")